Отец жил один. После ухода жены одиночество окутало его, как тяжёлый чёрный плащ. Всё вокруг казалось серым. Ничто больше не радовало ни солнечные дни, ни крепкий утренний чай, ни старые фильмы, которые когда-то собирали всю семью. Работа оставалась единственной нитью, связывавшей его с миром. Пока были силы, он шёл туда, потому что дома его ждала невыносимая тишина. Она звенела в ушах и разрывала сердце.
Дни текли один за другим, будто копии: утро, автобус, работа, дом, тени на стенах, пустые вечера. Сын и дочь навещали всё реже, почти исчезнув из его жизни. Их звонки становились короче только для галочки. Потом они и вовсе перестали отвечать. Он бродил по улицам, вглядываясь в лица прохожих, надеясь увидеть что-то знакомое. Старость его не пугала умереть в одиночестве пугало.
Внутри что-то медленно угасало. Душа сжималась от боли. Он вспоминал жену хотел извиниться, но так и не набрал её номер. Он всё ещё любил её. Жалел, что не сказал столько слов
А потом дочь неожиданно пришла. Он обрадовался, как ребёнок. Накрыл стол её любимыми пирогами, поставил чай, достал старые альбомы хотел вспомнить былое. Но она пришла не для этого.
Пап, сказала Татьяна ледяным тоном, ты живёшь один в трёхкомнатной квартире. Это несправедливо. Продай её. Купишь себе однокомнатную, а остальные деньги отдашь мне.
Он не поверил своим ушам. Подумал, что это шутка, что она сейчас рассмеётся. Но в её взгляде не было ни капли иронии.
Я не буду ничего продавать. Это мой дом здесь твоя детская, здесь мы жили с мамой
Ты уже пожил! бросила она холодно. Мне эти деньги нужнее! Ты один, зачем тебе столько места?
Когда ты ещё придёшь? прошептал он, не узнавая собственный голос.
Она посмотрела на него равнодушно и, надевая ботинки, бросила:
На твои похороны.
Дверь захлопнулась. Он застыл. Потом рухнул на пол. Боль в груди била, как молот. Он пролежал так трое суток. Без еды, без сил, без надежды. Позвонил сыну.
Дима, приезжай мне плохо, простонал он.
Сын помолчал. Затем ответил:
Пап, не обижайся, но большая квартира тебе действительно ни к чему. Я хочу машину купить, ты бы помог Приеду, если решишь продать.
Тишина. Та, что гудит в ушах и оставляет пустоту в душе. Он положил трубку. Понял, что у него больше нет детей. Только чужие люди с его кровью.
На следующий день он зашёл в аптеку. Там случайно встретил брата бывшей жены. Тот удивился, поздоровался.
Аня? спросил отец. Как она?
Уехала в Италию, коротко ответил мужчина. Вышла замуж за итальянца. Нашла своё счастье.
*«Нашла своё счастье»* Эти слова жгли. Он не был против её счастья. Он был против собственной пустоты.
Утром он проснулся с тяжестью в груди. За окном висело низкое, серое небо. Он надел пальто, вышел. Прошёл несколько улиц. Нашёл старую скамейку во дворе. Сел. Закрыл глаза. Сердце сделало последний, болезненный удар.
Его душа, уставшая от боли, равнодушия и тишины, наконец поднялась туда, где никто не предаёт. Где никто не просит последнего. Где, может быть, кто-то снова скажет: *«Пап, я скучал»*
Но этого места больше не было здесь.
